Пафос будней. Часть 28
Ранее: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27.
Творческий состав театра имени Моссовета был богат яркими интересными дарованиями. По-новому раскрылось в эти годы в работе над современной темой искусство многих актеров. Как глубокий, чуткий художник современности, знающий жизнь народа, заявил о себе В. В. Ванин. Многие созданные им образы вошли в число принципиальных достижений советского театра второй половины двадцатых годов. Разнообразные роли современного репертуара, в особенности образ Чапаева, развили черты гражданской страстности, мужественности в психологически тонком искусстве А. Г. Крамова. То же значение имело в биографии К. А. Давидовского исполнение роли Фурманова, показавшее умение актера правдивыми, реалистическими приемами передать романтику организующей людей мысли. Углублялась способность Г. И. Коврова давать эмоциональные, четкие социальные характеристики персонажей. Пылкий, темпераментный талант Б. И. Пясецкого, получив опору в современном репертуаре, приобретал идейную значительность, героический пафос. С лирической теплотой воссоздавал А. Н. Андреев образы своих современников, выступая в пьесах различных жанров. В. И. Окунева образом Марфы в «Ярости», А. Н. Арсенцева исполнением ролей Пелагеи в «Голосе недр» и Моти в «Цементе» выявили ряд важных черт, отличающих женщину, раскрепощенную революцией, вступающую на путь творческого свободного труда.
Лучшие актерские образы, лучшие постановки театра глубоко художественно отражали жизнь. Им была присуща и психологическая нюансировка и растущее в искусстве актеров умение типизировать явления жизни. Но творческие силы коллектива использовались при этом далеко не полностью. И в значительной степени в этом был повинен сам Любимов-Ланской. Он немало сделал для того, чтобы объединить творческих работников, пришедших в театр имени МГСГТС верой в возможность создания профсоюзного, рабочего театра, в необходимость ориентироваться на современную пьесу, знать жизнь, настойчиво овладевать марксистско-ленинской теорией. Он увлеченно ставил спектакли крупного масштаба, жадно вглядывался в окружающую жизнь. Эпический размах, пафос, эмоциональная приподнятость отличали зрелое режиссерское искусство Любимова-Ланского. Он был энергичным собирателем талантливых актерских сил, умел угадать творческое дарование в молодом, неопытном человеке. Но, сформировав большой актерский коллектив, мало в сущности заботился о творческом росте каждого отдельного художника, не всегда помогал ему полнее, глубже понять и раскрыть свои сценические возможности. Постановочные задачи увлекали Любимова-Ланского больше, чем вдумчивая педагогическая работа с исполнителями. Более всего он любил период репетиций уже непосредственно на сцене, когда смело, изобретательно, увлеченно искал внешний облик спектакля, строил отдельные эпизоды, разрабатывал народные сцены. Терпеливая же работа с актером над ролью, воспитание актера в процессе подготовки каждого нового образа интересовали его меньше.
Сознавал ли коллектив начавшийся спад своего искусства? Да, сознавал. «В годы 1930 и 1931 мы переживали кризис, — писал Любимов-Ланской,— наш репертуар захирел. Это повлекло за собой снижение и в сценическом показе его. Ошибки, совершаемые нами и прежде, особенно ярко сказались тут. Недостаточно глубокое проникновение в образ влекло к схематике, стремление к правдоподобию уводило от правды и давало крен в сторону натурализма». Как проверку, развитие основных, определяющих творческих принципов театра, расценивал он постановку «Врагов» М. Горького в 1933 году: «Ввиду того, что сам Горький, как художник, уводит нас от поверхностного отношения к его материалу и требует глубокого проникновения в его образ, эпоху и т. д., эта пьеса позволяет проверить три принципа, лежащие в основе нашего метода. Принципы эти: правдивость, простота, ясность выражения, искренность и страстность отношения к действительности.