Балет Главного театра, 1946 год (А.Ю. Бахрушев), часть 33.

Ранее: Часть 32

А. Е. Валинин, Ф. М. Козлов, Л. А. Жуков, В. В. Смольцов, Л. Л. Новиков, В. В. Свобода — артисты, своеобразные, с яркими индивидуальностями, с оригинальными приемами игры, блестяще осуществлявшие на сцене образы, задуманные Горским. Среди танцовщиц первое место безусловно принадлежит Е. В. Гельцер. Ее творчество неразрывно связано с творчеством Горского и В. Д. Тихомирова. Идеолог классического балета А. Л. Волынский писал: «Московская школа танца есть школа Гельцер: огненная, порывная, выстукивающая на земле мотив неба». В другом месте он утверждал: «Гельцер умеет взмахнуть руками вверх с экспрессивностью, примеры которой редки. Она как великая трагическая актриса... прямо взрывает воздух движением могущественной длани. И все это вместе с тем вполне по-московски, по-мочаловски торжественно и колокольно».

И вместе с тем танец Гельцер был неотъемлем от творимого ею драматического образа. Тот же А. Л. Волынский так описывал исполнение Гельцер роли Эсмеральды: «Танец растаял в огне драматического таланта такого объема, такой ширины, что он заставляет думать об Элеоноре Дузе и даже о Сарре Бернар. В самом деле, о хореографической части исполнения Гельцер в этой партии говорить отдельно не приходится. Это только деталь, которую видишь, но которая не управляет общим впечатлением.

Драматическая же тема вырастает во что-то грандиозное. В первом акте «Эсмеральды» мы имеем только начальные звуки настраиваемой скрипки. Артистка показывает великодушие, веселье, сердечную полетность, играет с женихом — и все вместе невинно, хорошо и приятно. Но скрипка еще не вся в ходу. Слышатся лишь звуки отдельных струн. Сцена с офицером, с Фебом, дает предчувствовать взрыв страсти в будущем. Во втором акте, слабейшем в структуре балета, Гельцер упоительно пляшет около букв раскладываемого на полу имени Феба.

Продолжение: Часть 34