Балет Главного театра, 1946 год (А.Ю. Бахрушев), часть 19.
Ранее: Часть 18
Балетмейстер Сен-Леон в ту пору достиг апогея своей славы. В своих работах он всячески стремился восполнить бедность внутреннего содержания своих произведений внешними эффектами. Постоянная новизна и дешевый блеск были рассчитаны на то, чтобы поразить и ошеломить зрителей. Ни одна техническая новинка не проходила мимо его внимания. Танцовщицы в его балетах танцевали с венками из лампочек на голове, на сцену выезжали велосипеды, изобретались световые и водяные эффекты.
В Россию балетмейстер попал в дни, последовавшие вскоре после крестьянской реформы. Как отклик на это событие Сен-Леон немедленно состряпал из замечательной сказки Ершова русский балет — «Конек-Горбунок». Помысли балетмейстера Иванушка-Дурачок — это русский народ, Царь-Девица —свобода, а злой хан — силы реакции. Финал балета мнился композитору как огромная живая картина, где на фоне московского Кремля лежат разорванные цепи, а благодарные народы во главе с Иванушкой и Царь-Девицей возносят царю свою благодарность. Эта верноподанно-патриотическая стряпня имела при своей постановке бурный успех у придворно-бюрократического зрителя Петербурга.
Дирекция решила на другой год осуществить столь «удачный» балет и в Москве, но московский зритель, воспитанный на балете-пьесе, не принял «новинки». Серьезная театральная критика находила, что «о балете этом, как о художественном произведении, и заикаться нельзя» и что он «представлял пародию на русские народные сказки». Хваленый Петербургом балет остался в Москве лишь как детский утренник. Все же Москва отдала некоторую дань господствующей в балете моде.
На протяжении трех десятилетий на сцене Главного театра последовательно появляются двенадцать балетов сочинения Сен-Леона , из коих три были осуществлены другими постановщиками еще до приезда Сен-Леона в Россию и ранее Петербурга. За этот же срок Петербург вводит в свой репертуар двадцать один балет сочинения модного балетмейстера, т. е. почти вдвое больше Москвы. Все же, несмотря на более чем сдержанное отношение Москвы к творчеству Сен-Леона, последний сумел оказать значительное влияние на дальнейшее развитие балетной труппы Главного театра. Он высоко поднял значение балерины в балетном спектакле. Последнее обстоятельство сыграло немаловажную роль в последующей истории московского балета, когда он остался почти без художественного руководства.
Наконец, Сен-Леон настойчиво совершенствовал технику танца, стремясь превратить виртуозность в самоцель, но традиции русского балета не позволили ему осуществить это в Москве. Не только балерины-виртуозки, но и их предшественницы не вызывали восторгов в Москве и отвергались ею. Присланные в это время из Петербурга разрекламированные танцовщицы Кукки и Каммерер не привились в Главном театре и успеха не имели. Говоря о Кукки, газеты замечали, что хотя она танцовщица «опытная и искусная», но ей «решительно недостает грации, изящества; танец ее тверд, но невыразителен», а главное, что «актриса г-жа Кукки — незавидная».
Продолжение: Часть 20