menu-options

Я был директором Большого театра. Часть 84

К этому времени коллектив оперы вплотную приступил к постановке на сцене Кремлевского Дворца съездов оперы-хроники композитора В. Мурадели "Октябрь", масштабы которой и технические требования заранее предполагали использование этой огромной сценической площадки. Постановка оперы была осуществлена творческой группой в составе дирижера Е. Ф. Светланова, режиссера И. М. Туманова и художника В. Ф. Рындина. Премьера "Октября" состоялась в середине апреля и была приурочена к ленинским дням. [Центральной в этой новой опере являлась картина "Разлив", где впервые в истории нашего оперного искусства была осуществлена удачная (во всяком случае тактичная) попытка воссоздать на сцене музыкального театра образ поющего В. И. Ленина, который был убедительно исполнительски воплощен Артуром Эйзеном.]

И только лишь после премьеры "Октября" Большой театр наконец вплотную переключился на подготовку к предстоящим обменным гастролям с театром "Ла Скала", о которых я начал подробный рассказ в предыдущих разделах воспоминаний.

Остается лишь добавить, что весной того же 1964 года постановочная группа в составе дирижера Б. Э. Хайкина и режиссера Б. А. Покровского выезжала в Лейпциг (ГДР) для постановки "Пиковой дамы" на сцене тамошнего оперного театра.

Поистине, творческий потенциал Большого театра, казалось, был неисчерпаем!

Как я уже упоминал, мне удалось "не забыть" (как я шутливо намекнул на обилие сопутствующих дел) захватить с собой из Милана участников московских гастролей. Правда, список этот еще нуждался в некоторых уточнениях, ибо кое с кем из певческих "звезд" Гирингелли все еще не успел оформить договорных отношений. Поэтому я стал в тупик, когда вдруг получил телеграмму от знаменитого тенора Марио Дель Монако, хорошо известного нашей публике по его триумфальным выступлениям в Москве в 1959 году, когда он буквально потряс любителей оперного искусства исполнением ролей Канио и особенно Хозе. [В опере "Кармен" он выступал тогда с И. Архиповой и "открыл" для себя эту превосходную певицу. Впоследствии он рекомендовал ее для исполнения партии Кармен в другие театры мира.] В своей телеграмме, заполненной на трех бланках, Дель Монако жалуется на Гирингелли, что тот не пожелал пригласить его в состав участников нынешних гастролей, и, объясняя это личными мотивами, просит меня послать ему индивидуальное приглашение в обход администрации театра "Ла Скала". В конце своего послания артист особо подчеркивал, что полностью оправился от последствий случившейся с ним некоторое время тому назад катастрофы и сейчас находится в отличной певческой форме.

Так как мне еще в процессе обсуждения имен главных "звезд", долженствующих украсить московскую афишу, было известно отрицательное отношение Гирингелли ко включению в их состав Дель Монако, то вполне понятно, что я не счел возможным в какой бы то ни было форме нарушить прерогативу руководства театра "Ла Скала" и отдельно приглашать хотя бы и прекрасно зарекомендовавшего себя в пошлый приезд тенора для участия в спектаклях миланского театра.



Все части книги М. Чулаки "Я был директором Большого театра": 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114.