menu-options

Я был директором Большого театра. Часть 7

ПОСВЯЩЕНИЕ В РУКОВОДИТЕЛИ

Как-то в неурочный час меня вызвал заместитель министра культуры СССР Беспалов, совмещавший в те времена (1955 год) свой пост во вновь образованном укрупненном министерстве с руководством Глав-искусством, и, хитро поглядывая в мою сторону, стал интриговать.

— А хочешь, я тебя огорошу?

— Огорошь, — откликнулся я.

— А вот возьму и огорошу! — повысил голос мой патрон, смакуя перекаты полюбившегося ему, волжанину, многоокающего словечка.

— Ну и огорошивай, — в свою очередь отбил я волан в этом словесном бадминтоне.

— Есть решение "инстанций" назначить тебя директором Большого театра! Да, да, того самого, что за углом на площади, — Большого театра Союза ССР!

И вот я директор самого большого в мире оперно-балетного театра, личный состав которого составляет свыше двух тысяч человек, считая артистов, работников постановочной части, технический и вспомогательный персонал, специалистов художественно-производственных мастерских, служащих управления делами, подразделений охраны...

В отличие от времен почти двадцатилетней давности, когда я, еще молодой и неопытный, не знал, с чего начать свою руководящую деятельность на посту директора Ленинградской филармонии, — в Большом театре все было, что называется, на ходу и мне оставалось лишь включиться в слаженный ритм работы коллектива.

В театр я пришел в разгар оркестровых репетиций новой оперы Д. Кабалевского "Никита Вершинин" (по пьесе Вс. Иванова "Бронепоезд 14-69"), которую готовила для основной сцены постановочная группа в составе дирижера А. Ш. Мелик-Пашаева, режиссера Л. В. Баратова и художника В. Ф. Рындина. Одновременно на сцене филиала репетировалась опера Обера "Фра-Дьяволо", которую ставил С. Я. Лемешев, исполнявший в ней заглавную роль.

Но вместе с тем с самого начала своей деятельности на руководящем посту я вплотную столкнулся с "правительственными концертами", подготовка к которым постоянно дезорганизовывала нормальную производственную работу Большого театра. В те времена в Советский Союз зачастили иностранные делегации на различных уровнях; иногда это даже бывали главы государств, и тогда масштаб подготовки к концертам и ответственность за их качество возрастали до чрезвычайности. Подчас какой-нибудь особенно пышный концерт требовал трех-четырех репетиционных дней (за счет отмены плановых репетиций театра!), дабы сверстать воедино на большой сцене отрывки из опер, балетов, оперетт, сцен из репертуара драматических театров, эстрадных и цирковых номеров, выступлений хоровых и танцевальных ансамблей. Особую трудность представляло то, что все это пестрое хозяйство должно было быть смонтировано впритык, без швов, чтобы одни исполнители сменяли других без пауз, едва те закончат свои выступления. Даже времени для изъявления одобрения не предусматривалось в регламентах подобных концертов!

Поэтому я решил в первую очередь попытаться сломать практику проведения "правительственных концертов" за счет спектаклей театра. Но как? — ведь эта традиция коренилась в непонимании специфики искусства и основывалась на искреннем желании радушных хозяев полностью ублаготворить дорогих гостей, предложив им неудобоваримую мешанину на все вкусы.



Все части книги М. Чулаки "Я был директором Большого театра": 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114.