menu-options

Я был директором Большого театра. Часть 22

Естественно, хватились страхующего, благо было известно, что он проводит время на именинах своего друга! И тут-то страхующий, будучи, как я уже говорил, человеком дисциплинированным и крайне щепетильно относящимся к интересам театра, смалодушничал, не стал объяснять, что он уже успел нарушить положенный строгий режим, а наоборот, при помощи собравшихся (в большинстве вокалистов) начал лихорадочно принимать меры, чтобы привести себя в форму, стал глотать какие-то импортные таблетки и т. п. Для него, человека, не привыкшего к излишествам, эти меры оказались пагубными; в театр-то он примчался, будучи еще как бы и "ни в одном глазу", но когда его наскоро приготовили к выходу на сцену, тут-то его и развезло... Он преувеличенно твердо вошел в сад Виолетты, с трудом нашел ее, сидящую на диване, и, уставившись оловянными глазами, вдруг заревел из совсем другой оперы своего репертуара: "Отец Аиды пред тобой!" Виолетта от неожиданности обмерла; она чуть не впала в истерику от такого пассажа... Пришлось закрыть занавес и объявить о болезни исполнителя. Спектакль был остановлен. Певец же на другой день предстал перед администрацией оперной труппы, которая намеревалась вынести ему самую строгую меру наказания. И лишь безупречная репутация певца, на совести которого не было даже малейших опозданий и который не брал больничных листов на протяжении всей своей многолетней службы в Большом театре, — только это позволило смягчить ему взыскание, объяснив его поступок... отравлением.

А вот другой случай, в котором проявилось патриотическое отношение к своему театру со стороны одного из самых отягощенных званиями и правительственными наградами артистов Большого.

В 1969 году на гастроли в СССР приехал знаменитый болгарский певец Борис Христов. Любители оперного искусства давно мечтали увидеть его на сцене Большого театра и насладиться несравненным (по отзывам прошлых лет) исполнением артистом главных партий в операх Мусоргского. При этом многие сожалели, что Христов не нашел возможности выступить в нашей стране в годы, когда он был в расцвете творческих сил и его наперебой приглашали лучшие театры мира. (Замечу, к слову, что, увы, это не столь редкий случай, когда иные западные знаменитости лишь на закате своей артистической карьеры ищут встреч со своими поклонниками в нашей стране! Но как бы то ни было, Христов приехал к нам выступать, и это было событием!

Объявлены были два спектакля оперы "Борис Годунов", где Христов должен был исполнить заглавную роль в постановке, осуществленной еще в 1948 году под руководством Н. С. Голованова, Л. В. Баратова и Ф. Ф. Федоровского и с тех пор справедливо считающейся одной из лучших в золотом фонде оперного репертуара Большого театра.

И вот, когда уже были проведены все сценические репетиции и начались оркестровые, дирижер Г. Н. Рождественский объявился больным — с ним сделалось плохо в Большом зале консерватории, где он параллельно готовил программу симфонического концерта. Что делать?



Все части книги М. Чулаки "Я был директором Большого театра": 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114.